
В массовой культуре прочно укоренился миф: будто бы великая творческая сила непременно соседствует с безумием. В разговорах, в фильмах, в книгах. Но что по этому поводу говорит современная наука? Об этом сообщает omsk.aif.ru.
Корреспондент omsk.aif.ru поговорил с психиатром, доктором медицинских наук Григорием Усовым — о том, где заканчивается «творческая искра» и начинается болезнь, почему романтизировать страдания опасно, и как трагедия Михаила Врубеля помогает понять эту непростую связь. Прямой зависимости между гениальностью и психическими расстройствами нет. Сам факт наличия расстройства не делает человека гением, а зачастую болезнь, наоборот, мешает раскрыться таланту. На примере Михаила Врубеля это видно особенно чётко: его гениальность была подорвана недугом, который буквально «съедал» способность к работе.
Диагноз Врубеля сегодня звучит как медицинский приговор из прошлого — нейросифилис, он же прогрессивный паралич. Для конца XIX века это был один из самых страшных диагнозов, который сочетал тяжёлые неврологические и психические нарушения, приводил к слабоумию и слепоте. Григорий Усов напоминает: до начала XX века именно он считался эталоном неизлечимого психического заболевания. К концу советских времён нейросифилис практически исчез благодаря антибиотикам, но в 90 е годы снова появился. От момента заражения до этой стадии обычно проходит около десяти лет, когда страдают аорта или мозг.
Один из самых частых вопросов: как отличить творческую эксцентричность от психического расстройства? По словам Григория Усова, границу задают чёткие диагностические критерии. Если поведение и мышление человека нарушают его адаптацию, мешают работать, строить отношения, заботиться о себе - это повод для диагностики. А если человек просто мыслит иначе, видит мир под другим углом и выражает это в искусстве - это не болезнь. Пожалуй, самое опасное в теме «гений и безумие» - это романтизация психических расстройств. Психиатры предупреждают: большинство людей с расстройствами не становятся гениями, а сама болезнь чаще приносит страдание и разрушает жизнь. Романтизировать это нельзя, ведь своевременная поддержка помогает сохранить продуктивность, а иногда - и саму жизнь.
Современная психиатрия смотрит на здоровье шире, чем просто на отсутствие болезни. По критериям ВОЗ, психически здоровый человек осознаёт себя, способен критически относиться к себе, реагирует адекватно, управляет своим поведением, реализует планы и гибко адаптируется к переменам. «Отсутствие психических расстройств не является синонимом полного психического здоровья», — настаивает психиатр Усов. Могут быть особенности — например, выраженная тревожность или импульсивность,- которые не дотягивают до расстройства, но мешают жить. История Врубеля - это не гимн «безумию гения», а напоминание о том, как хрупка творческая сила перед лицом болезни.
Полную версию материала читайте по ссылке.