«Одинокий Лир» из комедии Мольера

Фото: ООО "Волга-Медиа"

В Саратовском академическом театре драмы апрельской премьерой стала постановка «Тартюф». В случае с пьесой Мольера интриговало, какие акценты в ней расставит режиссер и как решит в пространстве сцены.

Поставил спектакль о виртуозном проходимце-лицемере Михаил Лебедев. На прошлогодней лаборатории «Видимоневидимо» в театре драмы «Живет такой парень» Василия Шукшина был представлен этим молодым режиссёром не историей о парне, который счастлив, когда всем вокруг хорошо. Нет, это был мистический триллер о Чуйском тракте. И расставленные акценты оказались отнюдь не надуманными.

«Тартюф» поставлен в жанре бытовой драмы. Действие перенесено в наши дни, оно начинается дискотекой-вакханалией, ей же и заканчивается. Ритм задан жесткий, все обитатели дома господина Оргона малосимпатичны, поступками сомнительны. Они, собственно, собирательный образ человека, жаждущего праздности и упивающегося достатком. И этот «человек» всеми силами стремится изгнать Тартюфа, панически боясь потерять эту свою зону комфорта.

Когда и что господин Оргон упустил из виду, чтобы дом превратился в коробку с тускнеющими металлическими стенами, а домочадцы оглохли душою? Одно очевидно: этот вопрос его гнетет. При каждом появлении Оргон спотыкается на пороге и катится по ступенькам, - да, не его пространство. Потому и о жизни Тартюфа слушает, блаженно радуясь - видит в нем настоящее, что в других, увы, оказалось потеряно.

В сущности, комедийного в спектакле остались остроумные спитчи актеров, выходящих из образов, и подтрунивающих над текстовыми длиннотами, которые сложно запомнить.

На самом деле актёрскому ансамблю удалось создать высокую трагедию. И главные роли в ней безумно талантливо исполняют Заслуженный артист России Виктор Мамонов (Оргон) и Денис Кузнецов (Тартюф). Виктор Иванович предстает перед зрителем «одиноким Лиром из комедии Мольера» (осмелюсь на каламбур). Обманутый, опустошенный, убитый открывшимся предательством словно контрольным выстрелом Оргон вызывает огромное сочувствие. Мамонов вновь создает роль-явление. И чем горше Оргону, тем более жестоким в своих проявлениях становится Тартюф. В исполнении Кузнецова циник, он в нужное время то умело примеряет образ вызывающего участие калеки, то парит над действительностью роскошным демоном. В финале, разоблаченный, этот откровенный негодяй, с садистским удовольствием, шпарит на французском отрывок из мюзикла «Нотр-дам де Пари», откровенно издеваясь над окружающими. Александр Галко воспитал роскошного ученика!

Да, в саратовской версии Тартюф блаженствует на свете... И продолжит блаженствовать, пока вокруг такие же лицемеры... Поэтому пока: «уведите госпожу Пернель...», и никакого хэппи энда. Страшно. Мощно. Прекрасно.