Владимир Лешуков: "Наша задача - улучшить законодательство в сфере охраны памятников архитектуры"

Фото: "КП-Саратов"

Сокращенный, текстовый вариант интервью с Владимиром Лешуковым, главой

Градозащитного Совета при Саратовской Областной думе. Расширенную версию интервью смотрите в группе ВК или у нас на сайте. А так же следите за анонсами интервью в тг-канале радио КП Саратов.

- Чем в Саратове занимается Градозащитный совет?

- Род деятельности нашего совещательного органа при Саратовской областной думе заложен в его названии. Мы занимаемся градозащитой, а это значит спасением объектов культурного наследия, сохранением зданий, возможно, не имеющих статуса ОКН, но обладающих всеми признаками соответствующими. Плюс ко всему в положении о совете прописано, что наша задача состоит в том, чтобы выдвигать инициативы и предложения по совершенствованию действующего законодательства в сфере охраны памятников, и мы периодически такие инициативы вносим. И, возможно, даже скоро нам удастся немножко подкорректировать в нужную сторону ФЗ №73. Но все это укладывается в русло политики главы государства Владимира Владимировича Путина. Во время последнего послания федеральному собранию, он говорил о том,что законодательство о памятниках нуждается в корректировке, его нужно упрощать.

- Упрощать в каком смысле?

- Убирать какие-то избыточные требования.

- Какой состав у Градозащитного совета?

- В совет входят 16 человек. Это и архитекторы, и реставраторы, и блогеры-краеведы, и люди с серьёзным бэкграундом в сфере написания книг, статей по истории Саратова, например, Вячеслав Иванович Давыдов. У нас в Совете состоят и заведующий кафедрой архитектуры Технического университета. В общем, все это достаточно уважаемые, авторитетные, компетентные люди.

- Этого количества специалистов достаточно?

- Мы можем привлекать неограниченное количество людей, приглашая их в качестве экспертов на наши заседания, проводя с ними какие-то консультации.

- То есть заседания открытые?

- Они не просто открытые, они транслируются в прямом эфире на сайте областной думы и записи всех трансляций мы выкладываем в наши социальные сети. Их можно пересматривать.

- Давайте перейдем к интересному и волнующему саратовцев вопросу —судьба железнодорожного вокзала Саратова. Какое участие градозащитный совет принимает в сохранении исторического облика вокзала?

- С самого начала, когда заговорили о его реконструкции, мы настаивали на переработке представленной архитектурной концепции. Именно для того, чтобы новый вокзал максимально напоминал исторический Саратовский, ведь вначале нам показывали картинки с каким-то желто-коричневым «недоповелецким», как я его называю. А зачем нам подстраиваться под Павелецкий?

Реконструкция откладывалась, возникали сложности у российских железных дорог из-за ковида, потом из-за известных событий, связанных со специальной военной операцией, инвестиционные программы так или иначе сокращались, но сейчас нам повезло, усилиями Вячеслава Викторовича Володина, председателя Государственной Думы, всё-таки Саратовский ЖД-вокзал в инвестиционную программу попал, поэтому его реконструируют, а архитектурную концепцию переделали.

И теперь новый вокзал будет сильно похож на первый вокзал 1871 года. Но, правда, мы считаем такое сходство недостаточным, и недавно у нас проходило совещание, где я и коллеги по Совету выступили с предложением доработать и последнюю концепцию. Добавить утраченные шатры.

- Удалось ли спасти советские росписи на стенах вокзала?

Удалось почти все, на 90% с лишним. То есть объем, снятый со стен и перенесённый на новое основание живописи, составляет почти 400 квадратных метров. Всё это сейчас хранится в здании на Кутякова 6. Мы находимся в переговорном процессе с ЖД на тему того, что нужно эту живопись реставрировать и возвращать уже в новое здание вокзала.

Живопись предполагается разместить на стенах. Кстати, впервые эта информация где-либо сейчас прозвучит. Живопись планируется разместить в зале ожидания повышенной комфортности, и наши архитекторы сейчас участвуют как раз в планировании её размещения.

- Расскажите о льготной программе для объектов культурного наследия – «аренда и продажа за один рубль».

- В деле сохранения наследия сложно придумать что-то экстраординарное, изобрести велосипед, открыть Америку. Какие существуют источники финансирования для зданий со статусом ОКН? Это либо бюджетные деньги, либо внебюджетные, то есть частные инвестиции, личные капиталы того или иного инвестора. Привлечение инвесторов и подразумевает эта льготная программа.

Мы уже видим, как продали за рубль бывший детский сад №12 на улице Киевская в Заводском районе. Недавно по той же программе московские инвесторы забрали доходный дом Парусиновых на Яблочково-3.

С инвесторами Градозащитный совет старается подписывать меморандумы, где мы оговариваем основные архитектурные решения, прописываем облик зданий, из какого материала в нем должны быть окна, двери, какие утраченные детали пойдут под воссоздание.

- В чём выгода и интерес для инвесторов поучаствовать в этой программе?

- Экономия средств, конечно же, но с обременением. Там дается определенный срок на разработку проектно-сметной документации, определенный срок на осуществление самих работ.

Я заметил, что эта программа стала пользоваться большим спросом. На это повлияла специальная военная операция. Стало бессмысленно выводить деньги за рубеж. Их там все равно отнимут, заберут. И капиталы потекли внутрь страны. Люди начали вкладывать средства в Россию, в ее наследие. А раньше это все утекало не пойми куда, неизвестно в какие офшоры.

И у нас сложилась, на мой взгляд, удачная практика регулярных совещаний «инвесторов в историческую недвижимость» с главой Саратова. Мы их проводили с исполняющим полномочия главы Павлом Васильевичем Сурковым. Сейчас вместо Суркова в мэрию вернулся Михаил Александрович Исаев, и с ним эта практика продолжится. Сейчас как раз у нас планируется очередное такое совещание.

И конкуренция растёт. Допустим, на одном из последних аукционов, где выставлялся дом Яхимовича, конкурировали москвичи и калининградцы. А в итоге дом забрали саратовцы на следующем аукционе.

При этом не каждый дом может предлагаться за рубль. Здание должно соответствовать определенному набору критериев. Во-первых, оно должно находиться в государственной, региональной или муниципальной собственности. Во-вторых, быть полностью освобожденным от прав третьих лиц. И в-третьих, иметь неудовлетворительное состояние, точнее «бумагу», которая подтверждает неудовлетворительное состояние объекта.

Я думаю, что скоро, возможно, уже до конца текущего года инвесторам предложат даже несколько десятков объектов на покупку.

- Получается, что дом Яхимовича по льготной программе приобрел саратовец, саратовский инвестор. Какие условия, соглашения были подписаны с ним?

- Приобрела саратовская фирма, скажем так. Мне известно, что они в настоящий момент находятся на связи с Комитетом по наследию, им выдано охранное обязательство, им выдано предостережение, касающееся необходимости в определенные сроки разработать проект, в определенные сроки осуществить сами работы.

Инвестор поставил возле дома Яхимовича круглосуточную охрану.Они ведут переговоры с возможными подрядчиками, кто будет разрабатывать проект, и кто, возможно, будет осуществлять сами ремонтно-реставрационные работы.

Вы можете в интернете найти информацию, кто выиграл аукцион.

- Какие памятники архитектуры вы бы посоветовали посмотреть гостям города? Архитектурное лицо Саратова.

- Консерватория, гостиница Астория, Крытый рынок, гостиница Московская, особняк Рейнеке напротив Липок, дом Сатова, дом Коммуна на Провиантской и Горького.И наверное, Троицкий собор. Это просто несколько объектов, на самом деле их в десятки раз больше, в сотни раз больше.

- Зрителей интересует судьба театра оперы и балета. Как градозащитный совет работает в этом направлении?

- Пока велась работа по его реконструкции, мы объект посещали неоднократно, контролировали эти работы, давали свои рекомендации и подрядчику, и заказчику. То есть следили.

Потом начались проблемы с реконструкцией. В них, конечно, виноват не только подрядчик, но и заказчик. Люди, отвечавшие тогда за это, понесли уголовную ответственность.

Сейчас ситуация сложная, так как нужно и перерабатывать проект действующий, нужно выделять заново финансирование. Это должно всё-таки произойти после полноценной консервации здания, а она всё никак не начнётся. Очень болеем за это.

- Что удалось спасти с помощью Градозащитного совета?

- Таких зданий на самом деле довольно много на территории Саратова. По каким-то объектам мы работали над тем, чтобы их как раз передали инвесторам. Это такие исторические памятники, как дом Гульдена, пересечения Мичуриной и Бабушкиного взвоза. Инвестор сейчас там проводит ремонтно-реставрационные работы.

Причем нам удавалось добиваться того, что здания признавали памятниками, когда они находились под угрозой сноса. Только на основе моих заявлений, поданных в Комитет по наследию, памятниками стали: дом Кожевниковой на проспекте Столыпина, дом Колмыкова на Соляной, памятником стал дом Лепатова.

Мы добились того, что в список ОКН вернулся дом Речников.

- Как и почему здания исключают из реестра ОКН?

- Сначала памятник выявляется и получает статус «выявленный в ОКН». Его уже нельзя снести в статусе выявленного ОКН, но еще нет гарантии, что он станет полноценным «реестром ОКН». Для этого проводится государственная историк-культурная экспертиза. Эксперт может дать положительное заключение, может дать отрицательное заключение. В данном случае, по дому Речников, экспертиза вообще не проводилась. Он так и висел в статусе выявленного ОКН, и выводили его по суду из-за того, что выявленным он стал с нарушением процедуры.

А теперь его выявили повторно, провели по нему экспертизу, и он стал объектом культурного наследия муниципального местного значения, что делает уже недопустимым снос. А вот как раз после расселения его можно будет предлагать инвесторам.

И учитывая площадь, расположение, мне кажется, у Дома Речников крайне высокая инвестиционная привлекательность.

- Вы рассказывали о том, что много людей, инвесторов проявляют интерес к зданиям, которые являются объектами культурного наследия. А реставрация это дорого, энергозатратно? Хватает ли в стране реставраторов, подрядчиков, которые занимаются этим?

- Зависит от состояния объекта. Реставрация может стоить 20 миллионов, может 50, может 100 и больше 500. Вот, допустим, Дом офицеров в Энгельсе, он стал на основе нашего заявления историческим памятником. Из-за того, что он сгорел, теперь крайне дорогостоящий объект в реставрационном плане, больше миллиарда на него уйдёт.

Это в любом случае не может стоить три копейки. Для реставрации нужны высококвалифицированные специалисты.

- Хватает ли специалистов в стране?

- Нет, их совершенно не хватает. С этим сталкиваются разные регионы. Мы считаем, что необходимо в Политехе открывать кафедру реставрации. Необходимо здесь, имея сильный профессорско-преподавательский состав, готовить столь необходимые кадры. Количество реставраций будет расти, неуклонно увеличиваться.

И тогда уже саратовские реставраторы будут востребованы в других городах страны.

- Кстати, поговорим о других городах. Вы много путешествуете. Какие города России можно привести в пример в вопросе сохранения архитектуры?

Я здесь не буду говорить про Москву, там всё-таки другие возможности бюджетные. Если брать регионы, то меня впечатлил опыт Казани, Нижнего Новгорода, соседней Самары. Им удалось в течение нескольких лет спасти и отреставрировать знаковые для города объекты. Все они находились под угрозой исчезновения.

Я бы всем рекомендовал почаще бывать в Калининграде, в Калининградской области. У них замечательный опыт привлечения средств фонда капитального ремонта к реставрации памятников.

- У нас не используют бюджет капремонта для реставрации?

- У нас с 2016 года фонд капремонта памятниками фактически не занимался. Только сейчас начинает, и мы регулярно этот вопрос поднимаем на совете, и директор фонда у нас выступает. Вот в нынешнем году они наконец-то отреставрируют исторический памятник в центре Саратова, усадьбу графа Нессельроде, уголок Московской и Комсомольской.