Василий Песков

История одной фотографии: как Песков нашел тургеневских певцов

Литература в жизни Василия Михайловича Пескова всегда играла важную роль. Он объездил множество памятных мест русских поэтов и писателей
Василий Михайлович Песков с установленной памятной доской на месте Притынного кабака, Владимир Зайцев (справа) с металлоискателем, который помог найти на месте предполагаемого размещения питейного заведения оброненные монеты позапрошлого века.

Василий Михайлович Песков с установленной памятной доской на месте Притынного кабака, Владимир Зайцев (справа) с металлоискателем, который помог найти на месте предполагаемого размещения питейного заведения оброненные монеты позапрошлого века.

Песков и литература - это отдельная глава его жизни. С детства Василий неровно дышал к слову. Первые стихи написал в пять лет, переполненный эмоциями, когда впервые попал на новогоднюю елку. Едва начав работать в «Комсомольской правде», занялся хлопотами об издании Полного собрания сочинений своего литературного кумира, писателя Михаила Пришвина и довел-таки дело до победного конца. Уже получив за первую книгу очерков «Шаги по росе» Ленинскую премию и плотно войдя в молодую писательскую братию, встречался с Михаилом Шолоховым, другим своим кумиром, подарил ему свою книгу, заслужил добрый отзыв, вел с Шолоховым переписку. Объездил множество памятных мест, связанных с русскими писателями, писал о них: пушкинские и лермонтовские, бунинские и толстовские, фетовские и есенинские. Не один очерк посвятил своей поездке в музей-заповедник Сергея Аксакова на Оренбуржье. Ездил на родину Петра Ершова, автора «Конька-горбунка». Не раз говорил, что ведет личную коллекцию авторов-натуралистов, тех, кто, как он сам, писал о природе.

В ряду писательских предшественников, близких ему по стилю и мироощущению, особо почитал Василий Михайлович своего земляка по среднерусской полосе - Ивана Сергеевича Тургенева. Обожал «Записки охотника», в чем открыто признавался. Друг его по путешествиям Николай Старченко вспоминал, как они с Песковым буквально смаковали тургеневские тексты, обсуждали приемы и детали их сотворения. Василий Михайлович мечтал своими ногами исходить места, описанные Тургеневым, своими глазами увидеть их красоту и сравнить с собственными впечатлениями. И еще одна мечта: найти, где происходили рассказанные писателем истории и поставить там памятные доски. Несколько лет проводил он такие экспедиции. Не отступая, как всегда, до задуманного результата.

Осень 2012 года. Тургеневская школа в селе Тургенево. Встреча Василия Пескова с учащимися.

Осень 2012 года. Тургеневская школа в селе Тургенево. Встреча Василия Пескова с учащимися.

В июне 2002 года они со Старченко отыскали с помощью тамошних жителей место, где стояла когда-то изба Хоря, описанная Тургеневым в его рассказе «Хорь и Калиныч». Установили там на дубовом столбе памятную доску, вырезанную приятелем Пескова, реставратором из Саранска Анатолием Митронькиным.

Тургеневский Бежин луг над речкой Снежедь в Тульской области Василий Михайлович обошел вдоль и поперек. Считал красивейшим местом на земле. Часами снимал здешнюю живность. И не оставлял мысли о следующей памятной доске. Хотел найти местоположение Притынного кабака из своего любимого тургеневского рассказа «Певцы». Мало кто знает, что Песков сам неплохо пел, как и его отец. И любил певческие состязания, которые с детства слышал по праздникам в родительском доме.

Осень 2012 года. Василий Песков знакомится с музеем «Бежин луг», который восоздали в селе Тургенево Владимир Зайцев (слева) и Александра Сергеевна Дмитриева (на заднем плане) – директор КФХ «Тургенево», спонсор реставрации

Осень 2012 года. Василий Песков знакомится с музеем «Бежин луг», который восоздали в селе Тургенево Владимир Зайцев (слева) и Александра Сергеевна Дмитриева (на заднем плане) – директор КФХ «Тургенево», спонсор реставрации

На этот раз Василий Михайлович решил обратиться к специалистам, в тургеневский музей «Спасское-Лутовиново», что на Орловцине. Выбор его пал на заместителя директора музея Владимира Зайцева.

Владимир Анатольевич - известный тургеневед и краевед, знаток тургеневских мест и вообще - Тульского края, его Чернского района, где в 1986 году начинал свою трудовую деятельность в местном краеведческом музее, директором которого с 1991 года и стал. Автор многих статей и исследовательских работ по своей теме. В 2018 году к 200-летию Тургенева издал книгу о Чернском крае и героях рассказов писателя, куда вошли и эпизоды его встреч с Песковым.

Осень 2012 года. Последний приезд Василия Пескова на Бежин луг. У Прощеного колодца, восстановленного экспоната музея «Бежин луг» с Владимиром Зайцевым.

Осень 2012 года. Последний приезд Василия Пескова на Бежин луг. У Прощеного колодца, восстановленного экспоната музея «Бежин луг» с Владимиром Зайцевым.

В свое время, в 1996 году его пригласили в Государственный мемориальный природный музей-заповедник И.С.Тургенева «Спасское-Лутовиново», где он работал до 2012 года. А потом ему удалось создать и еще один музей в родном Чернском районе – музей И.С.Тургенева «Бежин луг», директором которого он и был до 2016 года. Так что Зайцев оказался в помощниках у Василия Михайловича Пескова совсем неслучайно. Их знакомство и совместный поиск места действия тургеневского рассказа «Певцы» оказались плодотворными, чему свидетельством появившийся в «Комсомолке» очерк Пескова «Колотовское эхо» и снимок из архива Владимира Зайцева, представленный здесь.

Осень 2012 года. Василий Песков встречается с жителями села Тургенево, которые помогали в поиске Притынного кабака.

Осень 2012 года. Василий Песков встречается с жителями села Тургенево, которые помогали в поиске Притынного кабака.

Историю этого снимка он и рассказал подробно для нашего песковского раздела.

На снимке: 2006 год, установка Василием Песковым с товарищами памятной доски на месте действия тургеневского рассказа «Певцы»

На снимке: 2006 год, установка Василием Песковым с товарищами памятной доски на месте действия тургеневского рассказа «Певцы»

Стоят (слева направо) Василий Песков, Владимир Зайцев, Анатолий Митронькин, автор исполнения доски, сидят Николай Старченко (слева) и Владимир Сошников, рабочий музея.

Владимир Зайцев

ПЕСКОВ БЫЛ ДОТОШНЫМ РАЗВЕДЧИКОМ

Познакомились мы с Василием Михайловичем Песковым в 2005 году в музее-заповеднике И.С.Тургенева «Спасское-Лутовиново», где я тогда работал заместителем директора заповедника. Василий Михайлович приехал на «разведку» новых маршрутов для своих очерков. Думаю, что он так делал всегда, прежде чем приехать уже основательно. Задумок у него тогда было несколько - написать очерки о реке Зуша, Бежином луге и о деревне Колотовка, месте действия рассказа «Певцы».

Заранее скажем, что все задумки Василия Михайловича осуществились, как и все его другие, думается мне, начинания. Посещение Зуши, Бежина луга, это отдельный рассказ. Сейчас же - о деревне Колотовка. Были мы там с Василием Михайловичем несколько раз.

Сегодня мало кто представляет, где находилась настоящая деревня во времена Тургенева. Современная Колотовка образовалась в 1929 году и находится на правом берегу крошечной речки Малый Снежедок. А небольшое сельцо Колотовка прежних времен располагалось на левом берегу речки, там находилась усадьба помещика Петра Николаевича Карпова. Именно в этом сельце был и Притынный кабак, в котором проходило состязание тургеневских певцов. Судя по тургеневскому описанию, находился он невдалеке от карповской усадьбы, в «голове огромного оврага». Василий Михайлович загорелся мыслью найти, где стоял этот кабак.

На Бежином лугу: слева направо - Николай Старченко, Василий Песков, Владимир Зайцев.

На Бежином лугу: слева направо - Николай Старченко, Василий Песков, Владимир Зайцев.

Я ему рассказывал, что все наши предыдущие попытки отыскать это место не увенчались успехом. Затея искренне казалась мне бесперспективной. Поэтому я всячески отговаривал Василия Михайловича, жалея его время и силы. Но Василий Михайлович мягко, но настойчиво, он умел это делать, гнул свою линию.

И вот осенью 2005 года мы приехали на машине в «советскую Колотовку на рекогносцировку. Полюбовавшись видами нашей природы, Василий Михайлович предложил перейти речку по жидкому мосточку из березовых бревнышек и пойти в старую «тургеневскую Колотовку» пешком. Глядя на жуткие непроходимые заросли леса, заболоченную пойму речушки и сомнительный мостик, я предложил все же подъехать туда на машине, правда, для этого пришлось бы сделать приличный крюк. Василий Михайлович неожиданно рассердился и сказал: «А я что в «Комсомолке» напишу? Как я на «Ниве» с Зайцевым подъехал прямо к кабаку?»

Мы перешли по мостику и буквально продираясь сквозь лесные заросли и одичавшие кусты роз, стали подниматься в гору. Несмотря на возраст, Василий Михайлович бодро вышагивал впереди, попутно делая небольшие заметки в своем блокноте - «Следы кабанов», «Кусты диких роз» и прочее. Писал он простым карандашом в обычном блокноте в мягкой обложке, крупным, понятным и красивым почерком.

Так мы вышли к голове оврага. Тут обнаружилась небольшая возвышенность. При желании ее можно было принять и за остатки фундамента, но с таким же успехом и за естественные неровности грунта. А Василий Михайлович сразу сказал: «Кабак стоял здесь». Походив по бывшей деревне Колотовка, которая была распахана под поле, решили, что кабак действительно мог быть только там, в голове оврага, как и написано у Тургенева. Писатель, по обычаю, ничего не придумал, а описал существующее здесь в середине XIX века питейное заведение.

«Приеду весной с Николаем Николаевичем Старченко, редактором журнала для семейного чтения «Муравейник», и поставим здесь памятный знак», - сказал Василий Михайлович.

Они действительно приехали весной 2006 года. Кроме Старченко был ещё Анатолий Митронькин, реставратор из Саранска, который привез деревянную доску с надписью «На этом месте находился Притынный кабак». Прихватив музейный металлоискатель, мы отправились на прошлогоднее место в Колотовку. Теперь уже ехали, само собой, на машине: знали куда.

Инициатива с металлоискателем принадлежала опять же Василию Михайловичу. «Раз был кабак, значит, должны там быть и деньги, которые теряли не очень трезвые посетители», - говорил он. И деньги действительно нашлись, несколько монет середины позапрошлого века. А также некоторые предметы быта: «светец», устройство для удержания лучины, дверная петля и т.п. Все это окончательно удостоверило, что место найдено правильно.

Василий Михайлович, да и все мы тоже, были очень довольны, что, наконец, отыскан знаменитый тургеневский Притынный кабак. На фундамент которого мы и водрузили на деревянном столбе привезенную доску. Потом все сфотографировались рядом с ней.

Василий Михайлович неоднократно приезжал в Спасское-Лутовиново, а затем в село Тургенево Чернского района, где мне пришлось создавать музей «Бежин луг» в здании бывшей бумажной фабрики Тургеневых. Мы были с Василием Михайловичем в Новосиле, небольшом городке на реке Зуша, где проходили кровопролитные бои в 1942-43 годах. Ночевали на сеновале в селе Вяжи, встречались с местными жителями. Неоднократно были на Бежином луге и у слияния рек Ока и Зуша.

Василий Михайлович был прост и доступен в общении, хотя и не любил, мне кажется, "панибратских" отношений. Мы с ним, что называется, сошлись "характерами", я к нему относился с большим уважением, он ко мне как к младшему товарищу, но на равных. В общении всегда был корректен, завораживая людей своим обаянием. Он был необыкновенно обаятельный человек и очень интересный собеседник, общаться с ним было удовольствие. Он не был ханжой и порой откровенно называл вещи и события своими именами. Охотно рассказывал по нашей просьбе о своих встречах с Юрием Гагариным, маршалом Жуковым, другими знаменитостями.

В быту был очень прост, довольствовался самой непритязательной едой: не раз в пути мы ели огурцы и помидоры с хлебом, запивая деревенским квасом или просто водой.

Несмотря на возраст, Василий Михайлович мог забраться на дерево или строение, чтобы сделать удачный кадр. В Новосиле, помню, мне пришлось держать его за подтяжки, когда он забрался на высокий парапет, чтобы сделать красивый вид реки Зуша (напечатал потом в «Комсомолке»). Я-то сильно боялся, понимая, что за подтяжки не удержу, но Василия Михайловича это нисколько не пугало: «Я так из вертолета снимал не один раз».

Я задавал ему вопросы о других странах и континентах, на что он мне отвечал: «Володя, я был везде, но красивее средней полосы России, мест в мире НЕТ. Дед Василий старый и не врет тебе». Это его слова, которые я помню до сих пор.

Тургенев и Песков – лучше них и с такой любовью никто не писал о наших Тульских и Орловских местах. Песков мечтал еще восстановить водяную мельницу в селе Тургенево, но не успел, здоровье подвело.

На память о наших с Василием Михайловичем поездках остались в моем архиве и другие фотоснимки. У каждого своя интересная история.

Тургенево, но не успел, здоровье подвело.

На память о наших с Василием Михайловичем поездках остались в моем архиве и другие фотоснимки. У каждого своя интересная история.