Коронавирус Covid-19

«Дыши сам до последнего!»: Врач-реаниматолог из Мурманска рассказал, как борются за жизнь каждого больного коронавирусом

Максим Лифинский вместе со своими коллегами 1,5 месяца провел на вахте, вытаскивая с того света людей с COVID-19
Максим Лифинский боролся с коронавирусом долгие 45 дней.

Максим Лифинский боролся с коронавирусом долгие 45 дней.

Фото: Елена МОЛОДЦОВА

Несмотря на то, что эпидемия новой коронавирусной инфекции в Мурманской области гостит с середины марта, в Заполярье один из самых низких уровней смертности в России от этой заразы. И все благодаря врачам, которые уже третий месяц спасают жизни больных COVID-19. О борьбе с коронавирусом в стенах госпиталя Специализированного центра инфекционных заболеваний Мурманской областной больницы рассказал врач-реаниматолог отделения анестезиологии и реанимации № 4 (ОАР-4) Максим Лифинский.

Первооткрыватель в XXI веке

До эпидемии коронавируса Максим Лифинский 13 лет проработал в интенсивной терапии отделения кардиореанимации областной больницы. Но когда в Заполярье пришла беда, не задумываясь отправился на вахту в инфекционную больницу. Тогда, к слову, ни о каких президентских выплатах героям-врачам не было и речи – медики понимали: никто кроме нас, и отправлялись на войну.

- Когда я сюда пришел, тоже рассуждал, что это просто пневмония, а мы и не такое в интенсивной терапии лечили. Был уверен, что моего багажа знаний в вопросе искусственной вентиляции легких будет достаточно, - вспоминает, как начиналась его вахта 15 апреля, Максим Лифинский.

Однако коронавирус многое изменил в жизни реаниматолога, хотя сам он, к счастью, не заразился. В работе в новых условиях круглосуточной изоляции от внешнего мира Максим Витальевич переоценил себя не только как человека, но и как профессионала.

- Я не говорю, что здесь совершаются подвиги, но здесь кардинально меняется представление вообще о реанимации и об искусственной вентиляции легких в целом. Я никогда не думал, что прочувствую это на себе, - рассказывает врач-реаниматолог. – В кардиохирургии ты, как правило, имеешь дело с послеоперационными пациентами со здоровыми легкими, которым просто надо помочь проснуться и восстановить собственное дыхание. С коронавирусом все куда сложнее. Ты постоянно находишься в напряжении и некоторой неуверенности. Вроде все сделал правильно, а у пациента, наоборот, падает сатурация (насыщение крови кислородом. – Ред.), и ты ждешь, когда же она начнет подниматься, ведь у каждого больного разный процент поражения легочной ткани.

Тем и страшен коронавирус, что он рушит все догмы и стереотипы, заставляя врачей каждый раз идти творческим путем, а порой даже обходиться без дополнительной диагностики. К концу вахты специалисты иногда уже до рентгена знают, что увидят на снимках: коронавирусную пневмонию или отек легких на фоне декомпенсации.

90% успеха зависит от пациента

Работать в защитном костюме все равно, что в сауне.

Работать в защитном костюме все равно, что в сауне.

В начале эпидемии считалось, что все тяжелые пациенты должны быть как можно быстрее переведены на искусственную вентиляцию легких. Но потом медики заметили, что процент летальных исходов у них выше. Поэтому сейчас это делают лишь в крайнем случае.

- У нас, к примеру, были такие разные по прогнозам два пациента из Белокаменка - Халимов (имя изменено. – Ред.) и Ермолаев. Первый – молодой парень, 35 лет, из Чечни, с большим процентом поражения легких, в которого никто не верил. Второй – 52-летний сибиряк, поступил с низким насыщением крови кислородом, черным носом (насыщение крови настолько низкое, что из-за тотальной гипоксии страдают не только внутренние органы, но и ткани. – Ред.) и еле стоял на ногах, - приводит пример Максим Лифинский.

Врач признается: думал, что Ермолаеву будет хуже из-за тяжелого состояния, но он, наоборот, довольно быстро пошел на поправку, правда, позже выяснилось, что это лишь временная победа. А вот Халимову приходилось вертеться на реанимационной койке как ужу на сковородке, чтобы он мог дышать. И даже сами медики не верили, что мужчина сможет обойтись без искусственной вентиляции легких (ИВЛ).

- Я всегда стараюсь дать пациентам реалистичный прогноз. Когда я услышал от Халимова: «Доктор, я не могу!», я сказал: «Вставай!». Вывел его из бокса и подвел к окошку соседнего, где лежал пациент, подключенный к аппарату ИВЛ, который тоже говорил «я не могу». «Пока ты можешь дышать сам, дыши до последнего, как бы ни было тяжело. Есть ради кого?». Он ответил, что у него трое маленьких детей. Когда мы вернулись обратно, он смотрел на аппарат ИВЛ и умолял меня взглядом не подключать его к нему. Борьба с коронавирусом – это колоссальный труд для пациента. Однако Халимов взялся за него и выкарабкался, - рассказывает реаниматолог.

А вот с Ермолаевым приключилась другая история. Его состояние после временного улучшения неожиданно для всех резко ухудшилась.

- Его пришлось подключить к ИВЛ, - вспоминает Максим Лифинский. – Честно скажу, после этого была внутренняя апатия – мне казалось, что мы его потеряем. Но общими усилиями нам удалось победить недуг, и пациент выкарабкался.

Этого пациента, как и других, Максим Лифинский и его коллеги из реанимации учили ходить заново после снятия с ИВЛ и при этом правильно дышать. А через неделю пациент Ермолаев уже приседал и занимался физкультурой у всех на глазах, а врачам оставалось только грозить пальцем через окно палаты, чтобы не переусердствовал.

- Мое сугубо личное мнение: 90% того, вылечится пациент или нет, зависит от него самого и его внутреннего настроя, и только 10% - от врача. Больным с коронавирусом приходится делать колоссальную работу, чтобы побороть эту болезнь. Дыхательные гимнастики, которые мы проводим, довольно энергоемкие. Порой даже пошевелиться тяжело, а тут приходится интенсивно работать, - отмечает врач. – От меня похвалы дождаться проблематично. В душе я радуюсь успехам пациента, но никогда не выдам свои эмоции, чтобы человек не расслабился и продолжил свой труд.

Временная благодарность

И это только два случая из многих. Врачи искренне радуются за каждого, кого переводят из реанимации в терапевтическое отделение, и переживают за тех, кто сейчас борется за свою жизнь.

- Сейчас у нас лежит 47-летняя мурманчанка. Ее уже подключили к ИВЛ, а теперь решается вопрос, подключать ли к ЭКМО (аппарат искусственное сердце-легкие, который может протезировать работу как легких, так и сердца), - говорит Максим Лифинский.

Реанимационная бригада борется за каждого, не жалея себя. И помнят, конечно, не только тех, кого вылечили, но и тех, кого не смогли спасти. Например, в памяти осталась семейная пара: супругу уже выписали, а вот ее муж, к сожалению, погиб – коронавирус практически ничего не оставил от его легких.

- Там, в «красной зоне», твой мозг работает беспрерывно. После смены сил хватает только на то, чтобы поговорить с семьей по видеосвязи, а потом падаешь и засыпаешь. Тем более работать в защитном костюме, респираторе и маске довольно тяжело – ты находишься словно в сауне. Однако благодаря правильному использованию защитных костюмов ни один из нашей команды не заболел. Если в первый раз, сдавая тест, было волнительно за себя, то второй раз переживали уже о том, что если у одного из бригады диагностируют COVID-19, то придется на карантин уйти всем, - описывает свои будни реаниматолог.

На время вахты врачи фактически отказались от соцсетей, отдав предпочтение личному общению друг с другом, а иногда и песни пели. Поддержка мурманчан за стенами ковид-госпиталя чувствуется. Однако же Максим Лифинский хотел бы, чтобы люди также понимали важность профессии врача и вне пандемии.

- 30 мая у меня была последняя смена. Теперь я мечтаю уехать в деревню и в тишине порыбачить, насладиться природой, пообщаться с женой и детьми.

Отдых Максиму Лифинскому действительно нужен. Тем более что он согласен с коллегами, которые не исключают вторую волну эпидемии коронавируса.

ТОЛЬКО ЦИФРЫ

С 15 апреля по 31 мая:

- в реанимацию госпиталя поступил 41 пациент в тяжелом состоянии;

- из них 15 пациентов было подключено к аппаратам ИВЛ;

- 5 человек умерли;

- 36 переведены в терапевтическое отделение;

- врачами ОАР № 4 было проведено более 50 консультаций пациентов, находящихся в разных отделениях госпиталя по лечению ковидинфекции областной больницы, а также большое количество телемедицинских консультаций.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

В Мурманске ищут очевидцев ДТП с участием мотоцикла, в котором пострадала девушка. Пассажирка байка попала в реанимацию (Подробности)

Друзья пострадавшей в смертельной аварии в Апатитах рассказали о ее самочувствии. Виновница ДТП пока не связалась с ее близкими и не предложила помощь (Подробности)

К ЧИТАТЕЛЯМ

Стали свидетелем интересного события? Сообщите об этом нашим журналистам:

Редакция (8152) 45-12-07, 45-12-09

Почта red@kpmk.ru